Из субсидиарки в убытки

Переквалификация иска о субсидиарной ответственности в убытки

Переквалификация заявления о привлечении к субсидиарной ответственности на иск о взыскании убытков.

ООО «Спарта»
________________________

Арбитражный суд

Должник: ООО «Квант»
Адрес:

Конкурсный управляющий ООО «Квант»
Иванов А.А.
Адрес:

Сидоров С.П.
Адрес:
Дело № А…

Отзыв на заявление конкурсного
управляющего ООО «Квант» о привлечении КДЛ
к субсидиарной ответственности

Решением Арбитражного суда … области от 14.09.2016 Общество с ограниченной ответственностью «Квант» было признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура конкурсного производства.

Конкурсным управляющим был назначен А.А. Иванов.

Заявителем по делу является ООО «Спарта»».

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд с исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Как следует из заявления конкурсного управляющего ООО «Квант» «О привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника», А.А. Иванов просит привлечь к субсидиарной ответственности бывшего руководителя С.П. Сидорова.

В качестве основного основания для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает п.п.2, п.12, ст. 61.11 Закона о банкротстве, а именно – контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившее финансовое положение должника.

В качестве сделки, в результате которой произошло существенное ухудшение финансового состояния должника, конкурсный управляющий указывает бездействие руководителя по не передаче конкурсному управляющему товарно-материальных ценностей в количестве 274177 шт., на сумму 30792 тыс. рублей.

В заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности сумма иска не обозначена.

В уточненном заявлении конкурсный управляющий указывает сумму иска к руководителю, равную совокупному размеру требований кредиторов, включенных в РТК и заявленных после его закрытия в размере 1 804 350 тыс. рублей.

По результатам рассмотрения данного заявления ООО «Спарта» выражает следующую позицию.

1.Контролирующие Должника лица.

В соответствии с п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

  • являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;
  • имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;
  • извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 5 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее — Постановление Пленума № 53) в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица (в частности, статья 53.2 ГК РФ, статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках») вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника.

Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

В силу абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно.

В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.

Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой (абзац первый пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Директором ООО «Квант», не передавшим активы конкурсному управляющему являлся С.П. Сидоров, следовательно, в силу п. п. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве в отношении него презюмируется статус контролирующего Должника лица.

2. Отсутствие оснований для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному п.п.2, п.12, ст. 61.11 Закона о банкротстве.

При нарушении руководителем или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника — унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений Закона о банкротстве названные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения (пункт 1 статьи 10 Закона о банкротстве).

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Пока не доказано иного, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этими лицами или в пользу этих лиц либо одобрения этими лицами одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести названную ответственность по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Потому для привлечения названных лиц к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными, противоправными действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде банкротства должника.

В соответствии с пунктом 1 Обзора судебной практики N 2 (2016), утвержденного 06.07.2016 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает лишь тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Поскольку деятельность юридического лица характеризуется совершением многочисленных сделок и иных операций, поэтому, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя, инициированная контролирующим лицом, сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения — появлению признаков объективного банкротства.

Суд должен исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства (абзац третий пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее — постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53).

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, то есть по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью, основаниям (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53).

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в пункте 20 постановления от 21.12.2017 N 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению — общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности — суд в каждом, конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника путем проверки, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после такого воздействия.

Лишь, если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности.

В том случае, когда вред, причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, не должен был привести, исходя из разумных ожиданий, к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 названного Кодекса.

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности), и одновременно являющиеся существенно убыточными (пункт 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53).

Заявление конкурсного управляющего не содержит сведений о том, что факт не передачи бывшим руководителем конкурсному управляющему товарно — материальных ценностей повлек за собой наступление кризисной ситуации и насколько значимым и убыточным для должника являлась данное бездействие.

Арбитражный управляющий не приводит данных об исследовании бухгалтерской отчетности и не указывает, какое значение для последующей деятельности должника имело бездействие руководителя по не передаче ТМЦ на сумму 30792 тыс. руб., в том числе информации об оценке существенности негативного воздействия на деятельность должника и сильного ухудшения финансового положения ООО «Квант».

Между тем, в соответствии с п.1 ст.46 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ (ред. от 04.11.2019, с изм. от 07.04.2020) «Об обществах с ограниченной ответственностью» под крупной сделкой понимается сделка по отчуждению имущества, стоимость которой превышает 25% балансовой стоимости активов предприятия.

В соответствии с бухгалтерским балансом, по состоянию на 31.12.2015 (дату предшествующую возбуждению дела о банкротстве), у ООО «Квант» имелись активы на сумму 1 119 988 тыс. рублей.

Размер не переданного конкурсному управляющему руководителем должника ТМЦ составляет 2,7 % от балансовой стоимости активов должника, что в 10 раз меньше того размера, который установлен п.1 ст. 46 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», стоимость не переданных активов не является значительной, по сравнению с общим размером активов ООО «Квант».

Из изложенного следует, что основания для привлечения руководителя ООО «Квант» по основанию, предусмотренному п.п.2, п.12, ст. 61.11 Закона о банкротстве отсутствуют.

Доводы, изложенные в п.2 настоящего отзыва подтверждаются арбитражной практикой окружных судов: Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 19.09.2019 N Ф02-3306/2019 по делу N А58-1600/2015, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 30.10.2019 N Ф05-19597/2018 по делу N А41-75424/2016, Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 09.06.2020 N Ф07-3959/2020 по делу N А56-43460/2016).

3. Наличие оснований для взыскания с руководителя убытков. Размер убытков.

В соответствии с последним абзацем п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»: «независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В случае если бы С.П. Сидоров надлежащим образом выполнял свои обязанности, указанное выше имущество должно было быть передано конкурсному управляющему, включено в конкурсную массу и подлежало реализации, с получением соответствующих средств от продажи.

В результате неправомерного бездействия С.П. Сидорова ООО «Квант» не дополучило того дохода, который должно было получить в случае надлежащего исполнения директором своих обязанностей.

Указанные обстоятельства указывают на причинение С.П. Сидоровым убытков ООО «Квант» в размере стоимости не переданных активов, а именно 30972 тыс. рублей.

На основании изложенного ООО «Спарта» считает, что имеются основания для взыскания убытков с бывшего руководителя должника – ООО С.П. Сидорова, в пользу ООО «Квант», в размере 30792 тыс. рублей.

Приложение:

  • копия приказа о назначении на должность;
  • копия почтовых отправлений.

 

Директор ООО «Спарта»          Киров М.М.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.